О ХАРАКТЕРЕ ЧИСТОТЫ ЧИСТОГО ЛЕКАРСТВОВЕДЕНИЯ или ПОЧЕМУ ТУЯ ЯВЛЯЕТСЯ АНТИСИКОТИЧЕСКИМ СРЕДСТВОМ?

Д.А.Иванов-Вызго

Ганеманновский исследовательский центр Санкт-Петербургского общества последователей гомеопатии им. Л.Бразоля.

Материал этого сообщения был доложен на ежегодной конференции «Актуальные вопросы гомеопатии» в Санкт-Петрбурге 16.06.2012.

Первая публикация: Актуальные вопросы гомеопатии. Материалы XXII научно-практической конференции. СПб., 2012. С.27-28.

Общеизвестно, что практическая реализация центрального постулата гомеопатической терапии – закона подобия – подразумевает применение принципа чистого лекарствоведения. Этот принцип предполагает получение информации о чистом действии лекарственных средств посредством их испытаний (прувингов) на здоровых добровольцах. При этом возникает одно видимое противоречие, которое в большинстве учебных пособий по гомеопатии составляет «фигуру умолчания», зато иногда порождает дискуссионные статьи, в которых ставится под сомнение сам принцип чистого лекарствоведения [1,2].

Действительно, согласно ганеманновской теории хронических болезней, большинство людей поражены каким-либо из хронических миазмов. Значит ли это, что для проведения испытаний гомеопатических средств привлекались только испытатели, не имевшие миазматических отягощенностей? Как это могло быть осуществлено на практике, если миазматическая теория появилась лишь спустя двадцать лет после рождения гомеопатического метода, когда значительная часть лекарств уже была испытана и их лекарственные патогенезы были опубликованы? В таком случае, не означает ли это, что лекарственные патогенезы содержат не только симптомы чистого действия лекарств, но и симптомы хронических болезней самих испытателей, причем не только в их естественном виде, но и в измененном под воздействием испытуемого средства?

С одной стороны, ответ на эти вопросы был, кажется предварен Ганеманном в предисловии к первому тому «Чистого лекарствоведения», где он отмечает, что опыты «производились на возможно более здоровых лицах и при возможно более одинаковых и нейтральных внешних условиях» [3]. Но с другой – внимательный анализ тестов некоторых лекарственных патогенезов, причем именно тех симптомов, которые были получены самим Ганеманном, позволяет взглянуть на вопрос принципиально иначе, избегая как огульной критики самого метода чистого лекарствоведения, так и ригидной, догматической его трактовки.

Я имею в виду лекарственный патогенез центрального антисикотического средства – Thuja occidentalis, опубликованный С.Ганеманном в пятом томе его «Чистого лекарствоведения». Исходя из закона подобия, мы были бы вправе ожидать, что Туя эффективна при лечении кондиломатоза потому, что в испытаниях демонстрирует способность вызывать развитие остроконечных кондилом. Анализ ганеманновского текста показывает, что это не совсем так (или даже совсем не так?).

Среди 634 симптомов лекарственного патогенеза Thuja occidentalis (из которых 334 принадлежат Ганеманну, а 300 – Гартманну, Францу, Вислиценусу, Фр.Ганеманну, Лангхаммеру и другим наблюдателям) остроконечные кондиломы упоминаются всего 11 раз, причем все эти 11 симптомов предоставлены именно Ганеманном. Вот эти симптомы:

130. {Красные безболезненные узлы ануса, похожие на кондиломы.}

184. Красное разрастание на внутренней поверхности крайней плоти, похожее на мокнущую кондилому.

187. Свербение в мокнущих кондиломах.

188. Свербящий зуд в мокнущих кондиломах.

189. Зудящее покалывание в мокнущих кондиломах.

190. Жгучее и болезненное колотье в мокнущих кондиломах.

191. Тонкое покалывание в мокнущих кондиломах ануса, при ходьбе.

193. Жгучая боль в мокнущих кондиломах при прикосновении.

194. {Саднящая боль в анальных мокнущих кондиломах, в том числе при прикосновении.}

195. Мокнущие кондиломы сильно кровоточат.[4]

Очевидно, что во всех этих симптомах (за исключением, может быть, №130) идет речь о мокнущих кондиломах, причем с характерной аногенитальной локализацией. Однако самым существенным является то, что лишь в двух из этих симптомов (№130 и 184) речь, возможно, идет о формировании новых кондилом, а в остальных – лишь об определенных изменениях, происходящих в уже имеющихся кондиломах.

Поэтому логично заключить, что значительная часть данных о потенциальной антисикотической эффективности Thuja occidentalis была сделана на основании симптомов, полученных при испытаниях  лицами, имеющими достоверные признаки инфицирования сикотическим миазмом. Это с необходимостью порождает два вывода:

Наличие хронической миазматической отягощенности у испытателя (если не всегда, то по крайней мере в ряде случаев) – необходимое условие обнаружения наиболее ценных антимиазматических свойств испытуемого средства.

Включение в число испытателей «возможно более здоровых лиц» подразумевает, что контингент испытателей формировался не из «абсолютно здоровых» людей, а включал и хронических больных, находящихся, говоря сегодняшним языком, в стадии компенсации.

Как первое, так и второе может оказаться весьма существенным при анализе лекарственных патогенезов антипсорических средств, большинство из которых, как известно, были испытаны и введены в практику уже после того, как Ганеманном была сформулирована миазматическая теория хронических болезней.

Представляется возможным, что дальнейшие исследования в этом ключе прольют дополнительный свет на застарелые и болезненные вопросы о конституциональности (что такое гомеопатическая конституция? может ли оказать глубокий и долговременный эффект средство, не имеющее признаков так называемого конституционального подобия?), о приоритете подобий (что важнее при выборе подобного средства – его подобие больному или болезни?) и о соотношении патогенетического и нозологического принципов в гомеопатической терапии (т.е. о том, в какой степени нужно лечить больного, а в какой – его болезнь).

Литература:

1. P. Souk-Aloun. Is the materia medica pura … pure? // http://www.homeoint.org/books/soukrexp/mmpp.htm .

2. F A Fudpucker. A prover’s usual symptoms can spoil the picture // Homoeopathica. The Journal of the New Zealand Homoeopathic Society. Vol.22. №5. Nov., 2002.

3. S.Hahnemann. Reine Arzneimittellehre. 3.Auf. 1.Th. Dresden-Leipzig, 1830. S.5.

4. S.Hahnemann. Reine Arzneimittellehre. 2.Auf. 5.Th. Dresden-Leipzig, 1826. S.134.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *